«Русские, идите за водой. Мы стрелять не будем»- ветеран Красной Армии о паре необычных историй с войны

Владимир Константинович Вечирко, 1922 года рождения, до войны жил в селе Царь-Кут, что в Запорожской области Украинской ССР. Как и многие юноши в то время, он мечтал стать лётчиком. Но не получилось. В 1937 году, после окончания семи классов, Владимир поступал в авиатехникум имени Клима Ворошилова, но не прошёл комиссию.

«Завели нас в тёмную комнату и сказали: в 15 шагах – яма. И начали путать: «5 шагов вперёд», «5 шагов назад» и так далее, туда-сюда. Сбили нас с толку, и я в итоге провалился в ту яму (там сетка была). После чего врачи обследовали меня подробнее, и я не прошёл медкомиссию».

Что тут поделаешь: не судьба. Вернулся в колхоз.

«Хлеба́ сжигали прямо на полях, а стада погнали на восток»

Вечирко вспоминает: когда пришла весть о начале войны, молодёжь приняла её с воодушевлением и самоуверенным энтузиазмом. Все кричали, что вот сейчас «погоним немцев шапками». А вот люди взрослые, повидавшие Первую Мировую, отнеслись к этим высказываниям с большим скепсисом.

Когда фронт стал быстро приближаться, в августе 1941-го, уже созревшие зерновые культуры стали сжигать прямо на полях, а скот из украинских колхозов погнали на восток – чтобы всё это не досталось врагу. Всех более или менее годных лошадей «призвали в армию», а мелкий и крупный рогатый скот своим ходом погнали в тыл.

Потерь было немного. Овцы – они выносливые, их вообще мало утратили, а вот среди крупного рогатого скота были погибшие в дальней дороге. Когда гурты скота пригнали на Ставрополье, родители и сестра там так остались жить, а Владимира призвали в армию (уже в феврале 1942-го).

«Немцы наших штыков боялись, потому что дырка такая оставалась, что не зашить»- Владимир Константинович о боях в Сталинграде

Его отправили в военно-пехотное училище в городе Орджоникидзе (Владикавказ). В июне 1942 года, не закончив его, Вечирко был отправлен в составе полка курсантов на фронт, под Сталинград. Первый бой вчерашние курсанты приняли на реке Донец. Им пришлось прикрывать отступление наших войск от Ростова. Переправу немцам удалось сорвать, причём даже одна «Катюша» осталась не переправленной и попала в руки врага, что было делом неслыханным.

Поскольку в училище Владимир Константинович специализировался на пулемётах, он воевал пулемётчиком – первым номером расчёта, состоящего из двух человек. Особенно напряжённым получился тот бой, где нашим бойцом пришлось отражать атаку немецких танков.

«Мы успели только пулемёт стащить с бруствера в окоп. У нас были бутылки с зажигательной смесью. Ими нам удалось три танка поджечь. А потом меня ранило, и я выбрался к нашему командному пункту, где мне сделали перевязку. Тут откуда-то немцы взялись на фланге и дали по нам очередь – ранили ещё раз».

До августа 1943-го лечился в госпитале в Капустином Яру Астраханской области. Затем, до декабря месяца, учился на курсах младших лейтенантов на Урале. На фронт вернулся и продолжил воевать в качестве командира пулемётного взвода.

По признанию Владимира Константиновича, воевать на Сталинградском фронте первое время пришлось в условиях недостатка вооружения и боеприпасов:

«в роте было всего 2 пулемёта, а должно было быть 4. Но немцы наших штыков боялись, потому что дырка такая оставалась, что не зашить».

Самому Вечирко приходилось три раза ходить в штыковые атаки – в ходе уличных боёв в Сталинграде. Было страшно. Немцы при этом казались здоровенными мужиками, гораздо старшего возраста, чем ты. Но всё равно в рукопашных схватках побеждали наши бойцы! А после боя у некоторых ребят винтовки из рук вырвать не могли – такое было нервное напряжение.

«Сталинград нас научил воевать. Раньше мы шли взводами и ротами напролом. А в Сталинграде изменили тактику: одно отделение проходит, второе прикрывает; потом второе идёт, а первое прикрывает», – рассказывает Владимир Константинович об уличных боях в Городе на Волге. Он не зря стал символом стойкости и воинской доблести: наши солдаты действительно дрались там за каждый дом.

В Сталинграде Вечирко получил контузию: авиабомба разорвалась рядом с его окопом. Но в госпиталь он не поехал, остался со своими бойцами. Несколько дней состояние было плохое, а потом он пошёл на поправку.

Гнев командования «Это что за братание с врагом?!»

Не раз приходилось эпизодически использовать в бою трофейные немецкие пулемёты – МГ-42, МГ-34. Их Владимир Константинович описывает как надёжное и качественное оружие. Ведь тогда уже чувствовалось, что пулемёт «Максим» – оружие устаревшее.

«Он капризный был. Чуть что – перекос ленты, задержка. Надо раскрывать, ленту доставать, выравнивать. Перекос ленты вообще часто случался».

Пулемёты Дегтярёва и Горюнова показали себя более надёжными. Да они к тому же и легче были, чем «Максим».

После разгрома немцев в Сталинграде в сознании обеих противоборствующих сторон и в войне в целом произошёл перелом. Но ожесточённых схваток впереди было ещё много. Например, город Калач несколько раз переходил из рук в руки, пока удалось его окончательно отбить у немцев. На Миус-фронте были очень напряжённые и тяжёлые бои, затем в Крыму.

Там произошёл такой необычный случай. И наши, и немцы страдали от недостатка воды. У одного домика был колодец, а больше воды было взять негде. Советские солдаты – с одной стороны, противник – с другой. Они пытались подобраться – немцы стреляют, немцы пытались подойти к колодцу – останавливал обстрел со стороны красноармейцев. А жажда мучает всех.

Тогда немцы закричали:

«Русские, идите за водой. Мы стрелять не будем. Только вы тоже не стреляйте, когда мы пойдём».

Командир разрешил. Бойцы сходили, набрали канистры, а потом немцев пустили к колодцу. Но вышестоящее командование потом такого поведения не одобрило, когда узнало об этом случае:

«Что это за братание с противником?»

Инвалидность, от которой лучше отказаться

Под Севастополем Вечирко снова был ранен в колено. Сравнительно легко, но уже не на все 100 процентов мог выполнять свои обязанности. Как раз была разнарядка: с каждого полка по 10 человек направить на обучение в Бердянск, на курсы усовершенствования офицерского состава.

С этих курсов Владимир Вечирко вышел уже лейтенантом и командиром пулемётной роты, а не взвода. Продолжил воевать на этой должности. А когда Вечирко досрочно закончил войну, он был уже старшим лейтенантом и командовал батальоном.


В.К. Вечирко.

Досрочно – потому что 25 апреля 1945 года его в третий раз ранило, тяжело. До конца 1945 года он лечился в госпитале, после чего получил IIгруппу инвалидности и смог уехать домой. Правда от инвалидности этой и причитающейся к ней пенсии пришлось потом отказаться: чтобы можно было на нормальную работу устроиться. В послевоенном разрушенном СССР фронтовиков ведь тоже не спокойная и безмятежная жизнь ожидала, а напряжённый труд по восстановлению разорённого хозяйства.