Мои мысли о Кабуле и талибане

Да, пришлось поговорить Лаврову с этой конторой. И я его понимаю.

Надо защитить наши южные рубежи и сделать цену вопроса минимальной. Афганистан это таджики и узбеки, братья по крови наших бывших союзных. Если что — никому мало не покажется.

А оно нам снова надо?

Я успела там побывать в 1987 году. Если заштриховать наши постройки, сделанные в духе развитого социализма, к которому афганцы совершенно не были готовы — XIII век.

Дворец молодежи, построенный нашими и искромсанный пулями прямо накануне нашего приезда, помню. Смешные плакаты на дорогах, похожие на мазню кузнеца Вакулы — мол, переходите дорогу аккуратнее, иначе врач вас покромсает не по-детски.

Снежную чашу Кабула, над которой наш самолет поднимался винтом. Потому что его легко могли сбить американскими стингерами дети Средневековья.

Афганистан хотели англичане, потому что говорили — в их горах вся таблица Менделеева.

Когда мы зашли, американцы взвыли, как воют сейчас по Северному потоку-2. Только бизнес! Вы что думаете — кого-то интересует судьба афганского народа?

А кто и что в нем понимает?

Милый-милый узбек, который меня кормил в кафе гостиницы, где мы жили, смотрел на меня глазами в слезах. Как на дочку.

Женщины, у которых мы ужинали вечерами. Они сняли паранджу, узнали слова «детский сад» и отвели туда деток, но все равно кушали на кухне, а не в компании мужчин. Меня к ним впускали, потому что мои друзья по командировке гордо говорили при входе:

— Она не женщина. Она товарищ.

Надеюсь, я была хорошим товарищем, когда тайно рассовывала блоки сигарет ребятам в кабульском госпитале.

Дай Бог здоровья и жениха хорошего женщинам в наших табачных ларьках, которые нашли и вытащили мне из-под прилавка эти сигареты.

Нет у меня фотографий оттуда. Нет в живых двух из четырех участников поездки — с миссией отвезти подарки московской молодежи в части и госпитали.

Но есть светлое чувство сопричастности тому, что я побывала на НАШИХ границах.

Они наши, а не английские и не американские.

И я удивляюсь отношению нашей власти к этим нетоварищам.

У меня к любителям колонизировать всё и вся только один вопрос:

— А вы что тут делаете — так далеко от дома? У вас что — других дел нет? Это наши границы. Наш интерес. Наша беда и проблема. А вы-то — какого хрена? С Гарлемом разберитесь. С фудстемпами. Англичане — с ирландцами поговорите, в Ольстере жизнь постройте. Куда вы лезете?

Мы шли туда реально с благими намерениями. Только дурацкими. Из Средневековья не прыгнуть сразу в пионерию и комсомол. А люди там живут хорошие. Добрые. Рано или поздно мы сможем с ними договориться, если поймем, чего они хотят. У себя порядок наведем. И с вами договоримся.

Я помню их глаза. Их все достали. Но к нам они относились с доверием. Все-таки соседи.

Не думаю, что талибан (запрещенная в РФ организация) — их судьба. Жалко женщин и детей. Но история всё расставит на свои места.

Мы бы справились, думаю. Но мы предали самих себя. И фильм «Первый учитель». Туркмения вернулась в XIII век и в ус не дует.

И что с этим делать — я не знаю.