Считал, что ему недоплачивают, и не мог выучить слова Штирлица. Как Тихонов вёл себя на съёмках «Семнадцати мгновений весны»

Любопытные подробности о любимом фильме, которые вы могли не знать.

Едва ли кто-то будет спорить, что «Семнадцать мгновений весны» — один из лучших, если не лучший советский фильм о войне и разведчиках. Это кино и его персонажи оказали огромное влияние на нашу культуру. Как модно говорить, когда его впервые показывали по ТВ в августе 1973 года, да и позже, улицы пустели, снижалась преступность — такой неподдельный интерес оно вызвало у телезрителей.


«А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!»

После выхода фильма люди сложили множество анекдотов о Штирлице и других героях «Семнадцати мгновений весны» — а это, как известно, высшая форма народного признания.

Разумеется, было и официальное признание. Так, в 1976 году создатели фильма получили Государственную премию РСФСР имени братьев Васильевых, а в 1978 году — премию КГБ СССР. После того как картину посмотрел Брежнев, режиссёр Татьяна Лиознова была удостоена ордена Октябрьской Революции.


Татьяна Лиознова подходила к работе со всей душой

Вообще Лиознова — эта маленькая, но очень деятельная женщина — сумела собрать в своём фильме множество ярких артистов. Ведь по числу актёров, которым до или после съёмок присвоили звание «Народный артист СССР», фильм Лиозновой является одним из передовых в истории отечественного кино.

До участия в «Семнадцати мгновениях весны» народными артистами были «пастор Шлаг» Ростислав Плятт и Николай Гриценко, сыгравший генерала, с которым Штирлиц едет в поезде, пьёт коньяк, ест колбасу и рассуждает о судьбах Германии. В год выхода фильма почётное звание было присвоено Ефиму Копеляну, читавшему закадровый текст. Позже народными артистами стали: в 1982-м — Владимир Кенигсон (бывший министр Краузе в изгнании), в 1983-м — Евгений Евстигнеев (профессор Плейшнер), в 1987-м — Леонид Броневой (шеф гестапо Мюллер), в 1988-м — Олег Табаков (начальник СД Шелленберг), в 1990-м — Лев Дуров (провокатор, которого застрелил Штирлиц).


Лиознова руководит высшими немецкими офицерами и Гитлером

Отдельно стоит сказать об исполнителе главной роли — Вячеславе Тихонове. Вскоре после выхода фильма он стал народным артистом СССР, а затем был удостоен звания Героя Соцтруда. Существует байка, согласно которой Брежнев, приказал разыскать разведчика Штирлица-Исаева и представить его к ордену Ленина. Однако этот герой был вымышленным и найти его не представлялось возможным — и тогда орден вручили Тихонову.


«Штирлиц смотрел этот фильм в шестой раз. Он ненавидел этот фильм»

Вообще, Татьяна Лиознова предвидела успех «Семнадцати мгновений весны» и, соответственно, Тихонова. Поэтому во время съёмок не раз говорила актёру:

— Ой, Славка, проснешься ты знаменитым!

«Славка» не всегда верил в свои силы — и тогда Лиознова проводила с ним беседы, старалась поднять настроение и неустанно повторяла, что эта роль — его судьба.


Иногда Лиозновой приходилось увещевать артистов

Думается, на многих из нас Вячеслав Тихонов производил впечатление серьёзного и порядочного человека. И Татьяна Лиознова свидетельствовала о том, что в целом он отработал всю картину добросовестно.

Но это «в целом». Значит, были и «частности»?

Были! Например, на сцену беседы Штирлица с пастором Шлагом актёр пришёл совершенно неподготовленным. Когда артисты зашли в съёмочный павильон, Лиознова предложила им порепетировать диалоги — и тут оказалось, что Тихонов не выучил текст!


Одна из запомнившихся реплик в этом разговоре: «Пастор, мы с вами — одинокие стареющие мужчины»

Что же, в жизни всякое бывает — иногда и артисты, взрослые люди, приходят на съёмки, не выучив свои реплики, словно малолетние двоечники. Пришлось выходить из положения.

Камеру поставили так, чтобы в кадре был только Плятт, знавший свою роль наизусть, а Тихонова видно не было. «Штирлицу» дали листок с репликами героев — и он считывал свои слова с него.

За четыре дубля сцена была снята.


«Свет, камера, мотор!»

Жаловалась на Тихонова и второй режиссёр картины Алла Заболотская. Она называла актёра сложным человеком и сетовала, что он потрепал нервы съёмочной группе. Объясняла она свои слова так:

— У него была высшая актерская ставка, 50 рублей, плюс репетиционные. Выходило 75 рублей в день. Мы ему всё выплачивали тютелька в тютельку, но ему казалось, что не доплачиваем. Он сидел с ручкой, пересчитывал…

Что ж, копейка рубль бережёт, а рубль — сотню!